Родился 31 декабря 1937, Порт-Толбот, Уэльс, Великобритания — британский и американский актёр театра и кино, кинорежиссёр, сценарист, композитор.

В 1949 году, по настоянию родителей, он поступает в Jones’ West Monmouth Boys’ School в Понтипуле. Проучившись там пять семестров, Хопкинс переходит в Cowbridge Grammar School (Вейл-оф-Гламорган, южный Уэльс). Мальчик страдал дислексией и не мог полноценно заниматься в школе. Через какое-то время юный Энтони пришёл к выводу, что лучше посвятит себя искусству, например, живописи или игре на фортепьяно, чем будет продолжать обучение.

Решающую роль в выборе актёрской профессии для Хопкинса сыграла короткая встреча в возрасте 15 лет со звездой Голливуда 1960-х годов Ричардом Бёртоном, который всецело поддержал выбор мальчика. В итоге Энтони Хопкинс подаёт документы в Уэльский королевский колледж музыки и драмы в Кардиффе и оканчивает его в 1957 году. После двух лет службы в армии, в 1959 году он переезжает в Лондон, где продолжает обучение в Королевской академии драматического искусства.

В 1965 году, проработав некоторое время в репертуарном театре, Энтони Хопкинс перешёл по приглашению Лоренса Оливье в труппу Королевского национального театра. Хопкинс стал дублёром Оливье и подменил последнего, когда у того обострился аппендицит во время постановки «Пляски смерти» Августа Стриндберга. Был членом театральной труппы по 1970 год включительно, затем переехал в США и стал сниматься в кино и на телевидении.

Первой крупной работой в кино стал фильм «Лев зимой», снятый в 1968 году по одноимённой пьесе Джеймса Голдмена, где Хопкинс сыграл молодого Ричарда «Львиное сердце».

В 1970—1980-е годы снимался преимущественно в телефильмах. В 1972 году сыграл Пьера Безухова в английской телеверсии «Войны и мира», за что был отмечен первой своей наградой BAFTA в категории «Лучший актёр» (два других награждения — за «Молчание ягнят» и «Страну теней»).

Энтони Хопкинс — дважды лауреат «Эмми»: за биографические роли Бруно Гауптмана («Дело о похищении Линдберга», 1976) и Гитлера («Бункер», 1981).

В 1992 году получил премию «Оскар» за роль маньяка-убийцы Ганнибала Лектера в «Молчании ягнят». Двумя годами спустя номинировался на эту же премию за роль идеального британского дворецкого Стивенса в мелодраме «Остаток дня».

За выдающиеся заслуги актёр был удостоен специальных почётных наград — «Золотого глобуса» («Премия Сесиля Б. Де Милля», 2006) и BAFTA (Премия «Британия», 1995; Fellowship Award, 2008).

Режиссёрские работы Хопкинса — фильмы «Август» 1996 года (по мотивам произведения Антона Чехова «Дядя Ваня») и артхаусный «Вихрь» 2007 года.

В 1987 году Хопкинс получил от королевы Елизаветы звание Командора Ордена Британской империи, а в 1993 — титул рыцаря-бакалавра, дающий право на приставку «сэр» перед именем. Таким образом были оценены его многочисленные заслуги в искусстве и популяризация Великобритании во всём мире.

Хопкинс является автором ряда произведений для фортепиано и скрипки с оркестром. Популярным в исполнении Андре Рьё в сопровождении управляемого им оркестра Иоганна Штрауса стал вальс Хопкинса And The Waltz Goes On (И вальс продолжается; нем. — Жизнь продолжается).

Лучшие из нас развиваются поздно. В школе я был идиотом. Необщительным типом — другие дети меня не интересовали. Сейчас это называют дислексией или нарушением внимания. А я был просто тупицей. Зато именно поэтому и стал актером.

Россия привлекала меня с детства. В четырнадцать я читал «Историю русской революции» Троцкого. Разумеется, когда учителя спрашивали, коммунист я или марксист, я не очень-то хорошо понимал, о чем они говорят. А детям на такие тонкости вообще было наплевать: просто звали меня «болши».

Моя житейская философия? Ты всегда должен понимать, на что способен из одного только презрения к себе. Что бы я ни делал в молодости, все говорили: «Ты безнадежен». Отец говорил: «Безнадежен», ровесники говорили: «Безнадежен». Так что потом все, что со мной случилось в жизни, стало для меня большим откровением.

Поначалу я был физически опасен на сцене. Когда я играл в Манчестере, режиссер меня уволил, потому что я чуть не сломал кому-то хребет. Он сказал, что меня слишком опасно выпускать на сцену. Но в результате мне повезло, потому что он посоветовал мне пойти в одну из тех «модных театральных школ», которые сам не одобрял. И я пошел в RADA (Королевская академия драматического искусства. — Esquire), где началась моя настоящая карьера.

Большинство актеров — довольно простодушные люди, считающие себя сложными натурами. Помню, как я услышал про Роберта Де Ниро в «Бешеном быке» и подумал: «Обязательно надо посмотреть этот фильм». Я пошел на него в маленький нью-йоркский кинотеатрик, пропахший мочой; кто-то там отливал, несколько человек спали. Это было что-то вроде момента истины: так вот, значит, ради чего все наши старания?

Сейчас мне плевать на театр с высокой колокольни. Честное слово, не понимаю, почему некоторые относятся к нему так трепетно. На кой черт нам весь этот театр четырехсотлетней давности? Кому он нужен? Закатайте его в асфальт. Подумаешь, беда! Все равно это мертвечина. Какой Лир лучше: такой или сякой, — кого это волнует? Ты делаешь то, что уже делали до тебя пятнадцать тысяч актеров.

Все актеры в свои самые сумасшедшие годы хотят сыграть Гамлета. Я тоже хотел. А теперь думаю, это все равно что с собой покончить. Сейчас меня абсолютно не интересуют Шекспир и вся эта британская чепуха. А когда интересовали, это было одно голое честолюбие — просто хотелось славы.

Если кто-то легок на подъем и обладает яркой индивидуальностью и энергией, это угрожает многим людям, которые не хотят лишних волнений. Подумайте о тех, кто подрывает устои. О тех, кто баламутит воду. О людях вроде Оливера Стоуна, которые по‑настоящему что-то делают, провоцируют людей, власти на разговоры. Обычный человек хочет, чтобы его окружали надежные люди. И это нормально, по‑моему. Но если бы все были такими, на свете было бы скучновато.

У меня нет любимых ролей. Я просто работаю. Учу свои роли, знаю, что говорю, и если берусь за что-то, делаю это как следует. Я прихожу, делаю свое дело и иду домой. Потом получаю чек — вот и вся история. Люди говорят, что это цинично, но они не правы. Это практично.

Люди, которые обвиняют тебя в продажности, на самом деле просто завидуют. Вот недавно один мой близкий приятель встретился в Лондоне с агентом по кастингу из Национального театра, и эта женщина спросила его с ужасно снисходительным видом: «Ну как там Тони?» Он ответил: «Очень доволен, он в Голливуде». «Жаль, продался», — сказала она. «Да, — ответил мой друг. — А еще здорово разбогател и прославился». Она прямо позеленела.

Нет ничего более раздражающего, чем добродетель и высоконравственность. Я не говорю, что сам не фальшивка. Такая же фальшивка, как все остальные. Мы все фальшивки. Все шарлатаны, все испорчены, все лгуны.

Ганнибал Лектер на самом деле весьма интересная фигура. Думаю, втайне мы им восхищаемся. Он воплощает собой невыразимую часть нас самих, желания, фантазии и темные стороны нашей души, и мы можем быть по‑настоящему здоровы, только если признаем их существование. Наверное, нам хочется быть такими же сорвиголовами, как он.

Мне нравится мое одиночество. Я никогда никого не подпускал близко, все финтил да увиливал. Конечно, я изображаю теплоту и дружелюбие. Но внутри меня всегда было пусто. Никакого сострадания, только небрежность — и так всю жизнь.

Было время, когда я пил все, что льется. Теперь-то уж никто не пьет, не курит и не ест углеводов. Как ни странно, я рад, что был алкоголиком. Естественно, мне жаль, что от этого страдали другие. Но побывать в шкуре алкоголика — это потрясающе богатый жизненный опыт. Случались дни, когда я выпивал бутылку текилы и мне было все равно, жить или умереть. Такой я тогда был конченый, опустошенный — полный банкрот в эмоциональном смысле. Я обожал текилу.

Нет, наркотиков я не принимал никогда. Но во мне было столько текилы, что я вполне представляю себе, что такое кислотный трип.

Хороший сценарий всегда видно по первым пяти страницам. Такие вещи чуешь нутром. Если я не могу прочесть больше четырех страниц, мне уже ясно: это не для меня. Больше всего меня настораживают сценарии, где то и дело подробно описываются декорации. «Восход над пустыней, на горизонте громоздятся…» — целое эссе прочтешь, пока доберешься до диалога. Чушь.

Мой отец был булочник, и на культуру ему было насрать. Бывало, играю я на пианино, а он входит, стряхивает мучную пыль со своих волосатых рук и говорит: «Что это за херню ты играешь?» Я говорю: «Бетховена». А отец: «Неудивительно, что он оглох. Ради бога, выйди и займись чем-нибудь». Теперь мне во многом понятен его цинизм.

Мне нравится Спилберг. Он снимает такие фильмы, какие ему самому хотелось бы посмотреть. Он не чета тем умникам-выпендрежникам, которые делают фильмы для своих друзей, а потом их никто смотреть не хочет. На площадке Спилберг всегда полон страсти и энтузиазма и работает очень быстро. Он не любит валять дурака, попусту тратить время.

Я всегда хотел добиться успеха. Хотел познакомиться с Кэтрин Хепберн и Альбертом Финни. И особенно с Питером О’Тулом. Я преклонялся перед О’Тулом. Помню, как мы первый раз пошли с ним в бар. Он сказал: «Возьми «Гиннесс». Как настроение, дорогой? Ладно, давай выпьем и пойдем за нашими «Оскарами». Меня восхищает такого рода безумие, восхищают пьяницы и разгильдяи. И я когда-то таким был. Несколько лет назад я снова видел О’Тула, и он сказал: «Говорят, у тебя уже нимб вокруг головы — не то что у нас, грешных». Когда бросаешь пить, теряешь кое-кого из друзей.

Жизнь — это хореография. Ничего не проси, ничего не жди и принимай все спокойно. Я так рассуждаю: «Что люди обо мне говорят или думают, меня не касается. Я такой, какой есть, и делаю то, что делаю, просто ради забавы — вот как устроена эта игра. Чудесная игра жизни на ее собственном поле. Здесь нечего выигрывать и нечего терять, здесь не надо ничего доказывать. Не надо выворачиваться наизнанку — чего ради? Потому что я по сути своей никто и всегда был никем». Это пришло ко мне лет десять назад во время глубокой депрессии, когда я сидел в одном римском отеле. Я повторял это про себя как заклинание. И с тех пор в моей жизни произошло много удивительных событий.

Энтони Хопкинс

Краткая биография

Филипп Энтони Хопкинс родился 31 декабря 1937 года в пригороде близ Порт-Толбота в Великобритании, в семье булочника. Со сверстниками Энтони общался неохотно. Учеба в школе давалась тяжело, так как мальчик страдал дислексией. Правда, сам Хопкинс считает, что «был просто тупицей». Впрочем, не каждый «идиот» в 14 лет осилит «Историю Русской революции» Троцкого, которую Хопкинс читал с упоением. За любовь к России он даже получил школьное прозвище «болши». Хопкинс сменил пару школ, прежде чем понял, что он «не от мира сего», и лучше посвятит себя искусству. Практичный отец-пекарь не разделял творческие порывы сына. Разучивая на фортепиано Бетховена, Энтони регулярно слышал от родителя циничное: «Что это за херню ты играешь? Займись делом!» Но молодой человек стоял на своем и поступил в Уэльский королевский колледж музыки и драмы в Кардиффе. По его окончании 20-летний Хопкинс отправился на два года в армию. А отслужив, продолжил учебу в Лондоне в Королевской академии драматического искусства.

Он сразу заявляет о себе, как о талантливом актере. В 28 лет Энтони Хопкинс по приглашению сэра Лоуренса Оливье, выдающегося актера и режиссера, попадает на театральный олимп того времени – в труппу Королевского национального театра. В самом знаменитом театре Англии Хопкинс играет пять лет. И даже дублирует Оливье в спектакле. Первую заметную роль в кино он получает в 30 лет в фильме «Лев зимой», где играет молодого Ричарда Львиное Сердце. После этого начинает много сниматься в кино и телесериалах. В 35 лет его признают лучшим актером Великобритании за роль Пьера Безухова в английской телеверсии «Войны и мира», актер награждается премией Британской академии кино и телевизионных искусств (BAFTA). В 1974 году он впервые выступает на Бродвее в спектакле «Equus».

Затем переезжает в Лос-Анджелес. Американцы также признают талант Хопкинса: в 1976 году он награждается премией «Эмми» (теле-эквивалент «Оскара») за роль Бруно Гауптмана в телефильме «Дело о похищении Линдберга», а через пять лет – за роль Адольфа Гитлера в фильме «Бункер». А в 1980-м 43-летний актер появляется в роли доктора Фредерика Треверса в легендарном фильме «Человек-слон».

В 50 лет Энтони Хопкинс получает от королевы Елизаветы звание Командора Ордена Британской империи. Несмотря на такое безоговорочное признание на родине, расцвет его славы среди американского зрителя еще впереди. В 1991 году Хопкинс появляется на экранах в образе серийного убийцы-каннибала доктора Ганнибала Лектера в фильме «Молчание ягнят». Именно эта роль немногословного гения-психопата делает Хопкинса «своим» в Америке. Он получает «Оскар», вторую премию BAFTA и армию поклонников по всему миру. Впоследствии Хопкинс появляется в роли Ганнибала и в других фильмах — «Ганнибал» и «Красный дракон».

В 1993-м году Хопкинсу присуждают титул рыцаря-бакалавра, дающий право на приставку «сэр» перед именем, а также вручают третью премию BAFTA за роль в драме «Страна теней». Он много снимается, в том числе в кассовых хитах, таких как «Легенды осени», «Знакомьтесь, Джо Блэк», «Человек-волк». В 2000-м году Энтони Хопкинс окончательно перебирается в Америку. А в 2003-м становится обладателем звезды на Голливудской аллее славы. Помимо 178 ролей в кино, у Хопкинса есть две режиссерские работы — «Август» 1996 года (адаптация чеховского «Дяди Вани», к которой актер сам сочинил музыку) и «Вихрь» 2007 года. В 74 года Энтони Хопкинс признался, что ему «сейчас плевать на театр», а любимых ролей в кино у него нет.

Энтони хопкинс интервью

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *