Как создавались костюмы в фильме «Призрачная нить»

Саша Сандей, автор телеграм-канала Movie Costume Design, посвященного костюмам из фильмов, выяснила, как создавались знаковые наряды в новом фильме Пола Томаса Андерсона «Призрачная нить» — номинанте на Оскар-2018 за лучшие костюмы. Спешим поделиться!

Лондон, 1955 год. Город приходит в себя после бедствий Второй мировой войны — талонов, разрушений и бомбежек. У знаменитого кутюрье Рейнольдса Вудкока нет отбоя от клиентов: королевская семья, кинозвезды, наследницы лучших домов, герои светской хроники, дебютантки, которые только выходят в свет, и дамы с отменным вкусом, одетые в наряды Дома Вудкок.

Но однажды в жизни Рейнольдса Вудкока появляется молодая и очень решительная девушка Альма, которая переворачивает его мир с ног на голову, став его музой и возлюбленной. Размеренной и тщательно распланированной жизни кутюрье приходит конец.

Annapurna Pictures Как появилась идея для фильма

Андерсон до недавних пор не интересовался историей моды от-кутюр. Уже после завершения съемок картины «Врожденный порок» он как-то шел на мероприятие и услышал от знакомого комплимент о крое его костюма.

«Это было что-то саркастическое, из серии „посмотри на себя — вылитый Красавчик Браммелл“, — вспоминает Андерсон, — Мне пришлось гуглить, кто это, и тут я решил, что надо побольше узнать о моде и истории костюма».

По мере того, как Андерсон все больше интересовался модой, он обратил внимание на испанского кутюрье Кристобаля Баленсиагу, признанного мастера кружева, великолепного кроя и безупречной элегантности. Андерсон засел за биографию кутюрье, написанную Мэри Блюм, «Баленсиага. Аристократ высокой моды», и его поразила аскетичная жизнь отшельника, которую вел кутюрье. Вся его жизнь заключалась в создании платьев — он творил в эпоху Золотого века Голливуда и расцвета стиля New Look в Париже, где бал правил Кристиан Диор, совершивший революцию в крое и силуэте.

Прекрасные утонченные черты Баленсиаги напомнили Андерсону протагониста «Нефти» Дэй-Льюса, с которым он был бы рад поработать снова.

«Дэниел такой красивый, но фильм, который мы снимали, полон уродства как в людях, так и в окружающем мире, — вспоминает режиссер. — Он необычайный модник в жизни, так что я стал думать, как перенести это на экран, помня и о его любви к красивой одежде и аксессуарам и созданию чего-то своими руками».

Платье Balenciaga / Кадр из фильма «Призрачная нить»

Английская мода и образ главного героя

Дэй-Льюис очень заинтересовался проектом и вместе с Андерсоном погрузился в мир высокой моды, изучив все, что можно, о Баленсиаге и его современниках.

«После войны существовало два параллельных мира высокой моды. Один — в Париже, чья мода правила бал — тогда это был New Look, другой — в Лондоне, который тоже не был обделен талантами, — говорит Дэй-Льюис. — Мне кажется справедливым, что в нашей картине отражена история именно Англии и рассказывается о потрясающих тканях с Британских островов».

Сузив предмет своего исследования, команда сосредоточилась на английской классике, а именно — послевоенных лондонских домах моды, где работали не столь известные, но очень важные дизайнеры: Дигби Мортон, Питер Расселл, Харди Эмис, Джон Кавана и Майкл Донеллан.

Образ Вудкока был вдохновлен многими дизайнерами, чьи биографии изучили режиссер и исполнитель главной роли. В основном это были не самые известные кутюрье, чьи ателье процветали в Лондоне после войны. В результате на экране появился герой с твердым характером, который полностью контролировал все происходящее — Рейнольдс Вудкок был «дьяволом от моды», мало чем отличающимся от Красавчика Браммелла, Кристобаля Баленсиаги или одержимого вдовца Максимилиана де Винтера, героя любимой книги Андерсона «Ребекка».

Hardy Amies and model, 1950 / Hardy Amies fittings at 14 Savile Row / Norman Hartnell and model

Работа над костюмами

Главным украшением «Призрачной нити», безусловно, стали костюмы, над которыми команде пришлось потрудиться. Андерсон не хотел брать винтажную одежду напрокат в институтах костюма или музеях. Художник по костюмам Марк Бриджес, который постоянно работает с режиссером (среди их совместных проектов — «Врожденный порок», «Мастер», «Нефть»), решил создавать костюмы с нуля, ведь они снимали фильм о моде, так что это казалось единственным верным решением.

«Как только мы решили шить оригинальные костюмы, пути назад не было, — говорит Бриджес. — Мы могли двигаться только вперед».

Главной миссией Бриджеса было рассказать историю через одежду — его наряды должны были максимально отразить психологию героев. Художник по костюмам вдохновлялся работами многих кутюрье. Он изучил модные тенденции и наряды той эпохи и создал 50 уникальных образов для фильма, в том числе — девять оригинальных комплектов для коллекции весеннего сезона.

Эскизы костюмов

Бриджес начал свое исследование с винтажных выпусков Vogue и Harper’s Bazaar, потом перешел к британскому архиву киностудии Пате на YouTube, изучив новостную хронику той эпохи. Он несколько раз встречался с Андерсоном и Дэй-Льюисом, чтобы решить, какой стиль будет главенствовать в Доме Вудкок.

«Мы весь день обсуждали фирменные цвета и ткани дома, — говорит Бриджес. — И остановились на глубоких, богатых оттенках и большом количестве кружева в сочетании с бархатом и атласом».

У команды также был доступ к архивам Музея Виктории и Альберта, так что они могли детально изучить культовые платья Кристобаля Баленсиаги и английских дизайнеров, таких, например, как Харди Эмис. Эти наряды вдохновили самые красивые платья в фильме, включая незабываемые туалеты, в которых появляется Вики Крипс.

«Архив очень нам помог, мы увидели, как кроили и сочетали ткани и узоры в то время, — говорит Бриджес. — Удивительно, как просто на самом деле скроены многие платья, включая вышивку Balenciaga с ее мельчайшими деталями». Музы Рейнолдса Вудкока. Сирил

Несмотря на то, что на первый взгляд Домом Вудкок управляет один человек — сам Рейнольдс, — держат предприятие на плаву женщины: его модные клиентки и незаменимый директор в лице родной сестры Сирил. В то время, как она управляет всем предприятием, Рейнольдс номинально является его главой и занимается настоящим творчеством. На публике Сирил остается в тени Рейнольдса, но между собой они на равных и связь между ними очень сильна.

У Андерсона и Бриджеса было четкое представление о том, как должна одеваться Сирил: темно-серые тона, которые отлично оттеняли сияющую кожу английской актрисы Лесли Мэнвилл.

«Сирил и Лесли — ключевые персонажи фильма, — говорит Бриджес. — Они очень сильные, но при этом женственные и привлекательные».

Эскизы костюмов для Сирил / Кадр из фильма «Призрачная нить»

Кадр из фильма «Призрачная нить» / Эскизы костюмов для Сирил

Альма

Любовь появляется в картине в образе Альмы, официантки, с которой Рейнольдс случайно знакомится на отдыхе. С ее появлением основы Дома Вудкок начинают рушиться.

«Именно история Альмы, провинциальной девушки и иммигрантки, является ключевой для сюжета», — говорит режиссер.

Дизайн всех нарядов Альмы призван отразить ее характер и эволюцию персонажа: от простой официантки до утонченной лондонской дамы, модели и музы Рейнольдса.

«Я хотел начать рассказывать ее историю через простую, возможно, не очень хорошо сидящую на ней одежду, которая досталась ей от матери или которую она часто чинила, — говорит Бриджес. — По мере того, как укрепляются ее позиции в доме, мы видим, как преображаются ее платья, хотя Альма остается собой». Назад

В наполненном страстями фильме Альма становится главным неизвестным в сложном уравнении, где присутствуют и Сирил, и Рейнольдс. Цвет Альмы — красный, и тут вы сразу понимаете, какой характер у героини.

Рейнольдс и Альма — разные, и стремления у них разные. Кто из них ведущий, а кто ведомый? То, как они меняются ролями, и становится главным драматическим конфликтом фильма.

  • 1 из 8
  • 2 из 8
  • 3 из 8
  • 4 из 8
  • 5 из 8
  • 6 из 8
  • 7 из 8
  • 8 из 8

Назад

Фильм «Призрачная нить». Актер — соавтор художника.

«Оскар» за лучшие костюмы в этом году получил художник по костюмам Марк Бриджес за фильм «Призрачная нить». Прочитав огромное количество его интервью различным журналам и сайтам, я пришла к выводу, что рядом с фамилией Бриджеса в титры и в номинацию следовало поставить имя актера Дэниела Дэй-Льюиса, поскольку его вклад в разработку стиля костюмов фильма весьма ощутим — не припомню в истории кино ничего такого даже близко!) Судите сами.

Кадр из фильма «Призрачная нить»
Появления в прокате фильма «Призрачная нить» ждали многие: фанаты актера Дэниела Дэй-Льюиса (который объявил, что это его последний фильм), поклонники режиссера Пола Томаса Андерсона и любители костюмного кино, поскольку главный герой картины — вымышленный кутюрье 1950-х гг Рейнольдс Вудкок.
В сериале «Коллекция» в образе французского дизайнера, работавшего в послевоенные годы в Париже, Поля Сабина считывается личность Кристиана Диора, в «Призрачной нити» у британского модельера Вудкока нет ни одного реального прототипа, это образ собирательный.

Кадр из фильма «Призрачная нить»
«Мы постоянно думали: кем был бы Рейнольдс в том мире? Кто был ведущим дизайнером в Лондоне того времени? Харди Эймис, Джон Кавана, Дигби Мортон — эти имена немногие знают. Норман Хартнелл и Харди Эймис, пожалуй, самые известные модельеры тех лет, потому что они много шили для королевской семьи», — сказал в интервью художник по костюмам Марк Бриджес.
Небольшое отступление о том, можно ли в кино копировать вещи известных Домов мод, скажем, Диора или Баленсиаги: «Все эскизы отсылались нами на одобрение к юристам, те передавали их экспертным советникам. Некоторые детали потом мы изменяли, чтобы они не напоминали существующие модели», — рассказывал в интервью Бриджес. В одном из интервью другие художники по костюмам Chattoune&Fab рассказывали, что все эскизы костюмов к фильму «Коко Шанель и Игорь Стравинский» в обязательном порядке утверждались Лагерфельдом в «Шанель». Так что, все не так уж и просто)
Вернемся к «Призрачной нити».

Эскиз платья от Джона Кавана
Дэниел Дэй-Льюис, как всегда, более чем ответственно подошел к работе над ролью. Он практически стал соавтором художника по костюмам. Всем известно, как дотошно актер готовится к своим ролям, стараясь вжиться в образ. Пишут, что он готов месяцами жить в одиночестве в аризонской пустыне (фильм «Последний из могикан»), не вылезать из инвалидного кресла даже за пределами съёмочной площадки (фильм «Моя левая нога»), два месяца до съемок ежедневно носить одежду 19-го века, цилиндр и трость (фильм «Эпоха невинности»). Неудивительно, что Дэниел даже стал одним из прототипов актера Кирка Лазаруса в исполнении Роберта Дауни-младшего в моем любимом фильме-пародии «Солдаты неудачи».

Кадр из фильма «Солдаты неудачи». Цитата от Кирка Лазаруса: «Я в образе, пока не отснимут все дополнительные материалы для DVD»
Обучение.
Вот и тут, чтобы полностью погрузиться в роль кутюрье, актер брал уроки шитья у главного художника по костюмам New York City Ballet’s Марка Хаппела (Marc Happel). С ним его познакомил Марк Бриджес, уговорив Хаппела взять в качестве стажера известного актера.

Марк Хаппел
«Его научили там всему, от самых простых швов до самых сложных процессов», — рассказывал в интервью Пол Томас Андерсон. Поначалу Дэниел приходил после закрытия театральной мастерской и учился правильно держать ножницы, вкалывать булавки. Потом его научили снимать мерки, обметывать петли, пришивать пуговицы. Когда летом мастерская закрылась на несколько месяцев, Марк и Дэниел стали серьезно заниматься каждый день с 9 до 16 часов.
Дэй-Льюис изучал книги о моде, предоставленные ему Бриджесом и Хаппелем, ходил в Институт костюма при Музее Метрополитен, где текстильные эксперты показывали ему шедевры от Диора и Баленсиаги.

Платье от Баленсиаги
В конце обучения, в качестве домашнего задания, актеру было предложено повторить какое-нибудь известное платье, и Дэй-Льюис решил скопировать для своей жены наряд от Баленсиаги, пройдя весь процесс от начала и до конца: изучил фото платья, снял с жены мерки, построил выкройку, сшил и даже вышил само платье. Разумеется, ему немного помогал Марк Хаппел. «Получилось, действительно, очень хорошо», — оценил результат Бриджес, который подробно осмотрел серое фланелевое платье, вышитое лиловым шелком. «Платье от Баленсиаги было очень простым, — сказал актер, — вернее, выглядело очень просто, пока мне не пришлось выяснить способ, как можно его сделать. Боже, это невероятно сложно! В искусстве нет ничего более прекрасного, чем то, что кажется простым. Но если вы попытаетесь повторить эту чертову вещь, то поймете, что невозможно достичь этой легкой простоты. Ребекка была очень терпелива. Кодом, который я должен был взломать, оказалась вставка в подмышке. На фотографиях вы не видите, как разработана эта ластовица. Ребекка надевала это платье, что очень мило с ее стороны». К сожалению, не нашла в сети фото этого платья, но поверим актеру и художнику на слово)
Дизайнер Дэниел Дэй-Льюис
Дизайнер — это не только тот человек, что знает процесс изготовления вещи, в первую очередь, он сам придумывает, рисует модель и подбирает ткани.

Кадр из фильма «Призрачная нить»

Рисунок модели от Дэй-Льюиса
Рисунок модели от Дэй-Льюиса
Чтобы актер смог лучше прочувствовать образ персонажа, режиссер попросил Марка Бриджеса разрешить Дэй-Льюису придумать дизайн платья для героини Джины МакКи. Дэниел сделал эскиз, а Бриджесу было поручено воплотить его в жизнь. «Пол действительно хотел, чтобы он тоже почувствовал себя автором», — говорит Бриджес.
Кадр из фильма «Призрачная нить». То, что автор этого платья актер, многое оправдывает) Признаться, меня удивили стиль и пропорции этого наряда
Эскиз немного отредактировали: «Мы сделали его более практичным. На оригинал, вероятно, пошло бы около 30 фунтов бархата, поэтому накидка стала короче, и нам пришлось подгонять платье под Высокую моду 1950-х годов», — говорит Бриджес.
В результате появилось платье, которое выражает стиль дома: «Это кружева, богатые ткани, насыщенные цвета, намек на исторические ссылки», — добавляет он.
Для первого платья Альмы, которое для нее шьет Вудкок, купили уникальное кружево.
Фото-промо фильма «Призрачная нить»
«Для одного из платьев нам удалось найти великолепное трехметровое фламандское кружево XVII-го века; было много дискуссий о том, нужно ли нам резать это кружево или нет. Мы спросили Дэй-Льюиса том, как бы поступил в этом случае его персонаж? Он сказал нам, нужно резать кружево, чтобы дать ему новую жизнь», — вспоминала консультант художника по костюмам Сесиль Ван Дейк.
Фрагмент того самого фламанского кружева XVII-го века
Mark Bridge’s Academy Award-winning costumes from Phantom Thread, on display now at the FIDM Museum. http://blog.fidmmuseum.org/museum/2018/03/and-the-oscar-goes-to.html
Цветовую гамму фильма также выбирал Дэниел. «Он хотел иметь некоторое авторство в платьях Дома Вудкока, — объясняет Бриджес, — я дал ему каталог сатинов и сказал: «Почему ты не выбираешь цвет для одежды?». И Дэниел сделал отличный выбор: лавандовый, фиолетовый, розовый, сливовый. Все они — фирменные цвета его персонажа».
Paul Thomas Anderson on directing Daniel Day-Lewis in his final film, Phantom Thread
Bespoke для кутюрье.
Отправной точкой в выборе гаммы стали галстук-бабочка и носки Вудкока.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Бабочка лавандового цвета сразу понравилась актеру, он выбрал ее среди множества других галстуков более классических цветов, к тому же она прекрасно гармонировала с его сединой.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Потом актер выбрал пурпурные епископские носки из магазина «Gammarelli» в Риме, специализирующемся на изготовлении одежды для священников Ватикана.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
«Дэниел хотел пурпурные носки и рассказал нам, где их взять. Я думаю, он и Пол решили, что они будут хорошо работать на характер персонажа. Все время, пока мы делали его костюмы, мы пытались немного похулиганить, поскольку это свойственно английским эксцентрикам».
Носки с сайта «Gammarelli» http://www.gammarelli.com/listaProdotti.aspx?lingua=IT&sottocat=72
К тому же, пурпур — цвет императоров, возможно, надевая каждое утро такие носки, Вудкок поднимал свою самооценку, напоминая себе, что он глава маленькой империи.
Вещи, которые носит актер в кадре, безупречны и все это благодаря Дэй-Льюису. «Дэниел знает мир bespoke», — сказал Бриджес журналу «Vanity Fair». Он вырос в богатом районе лондонского Кенсингтона, будучи сыном поэта Сесила Дэй-Льюиса, и, как его отец, является клиентом ателье «Anderson & Sheppard», входящего в Ассоциацию Savile Row Bespoke. Поэтому весь гардероб Вудкока шили в этом ателье, Бриджес лишь попросил сделать несколько небольших поправок в дизайне брюк и пиджаков. (Я рада, что Дэй-Льюис взял стиль и пошив гардероба своего персонажа под личный контроль, поскольку, на мой взгляд, Бриджес не справился с мужским костюмом в фильме «Артист», хотя и получил за него «Оскар». Ссылка на пост об этом внизу).
Кадр из фильма «Призрачная нить»
«Сегодня все очень подогнано по фигуре, очень стилизованно», — говорит брючный закройщик этого ателье Оливер Спенсер. «Тогда одежда была более свободной и расслабленной. Таким образом, брюки в сером городском костюме заканчивались высоко на талии (на пупке), были со складками, а также намного шире по сравнению с сегодняшним днем».
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Дэй-Льюис и тут внес свои коррективы. «Он придавал большое значение деталям, предлагал различные типы лацканов и так далее. И хотя одежда правильная на тот период, она не так уж отличается от того, что мы делаем сейчас» — продолжил вспоминать закройщик.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Я уже писала в посте про другой фильм Марка Бриджеса, что звезды Голливуда 30-х, 40-х гг шили в «Anderson & Sheppard» себе не только костюмы для жизни, но и для экрана. Среди клиентов ателье были кинозвезды тех лет Валентино, Фред Астер, Кэри Грант, Чарльз Чаплин, Марлен Дитрих.
Рудольфо Валентино
«Возможно, одной из причин, почему Голливуд всегда был так влюблен в «Anderson & Sheppard» — это потому, что наши костюмы хорошо выглядят не только в жизни, но и в движении на экране: мягкость — это наш фирменный знак», — говорит старший закройщик верхней одежды Леон Пауэлл. «Они не выглядят деревянными на экране, в них есть естественность и движение. Мы хотим, чтобы вы выглядели элегантно и стильно, но также чувствовали себя комфортно». Под мягкостью Пауэлл подразумевает знаменитый крой English Drape, который является отличительной чертой «Anderson & Sheppard».
The English Drape cut — это стиль однобортных и двубортных пиджаков или пальто. Их отличает свобода в груди, плечах и верхней части рукавов. У них слегка зауженная талия и более широкие вверху рукава, зауженные к запястью, что создает иллюзию широких плеч и плотно прилегающих рукавов.
Такой крой дает большую свободу для движений.
Принц Чарльз в «Anderson & Sheppard»
В «Anderson & Sheppard» шьет свои костюмы принц Чарльз (ателье официально числится поставщиком принца Уэльского), и в нем когда-то проходил стажировку Александр МакКуин. Он рассказывал в одном из интервью, что в то время хулиганил, делая нехорошие надписи внутри костюма, зашивая их под подкладку. Именно эта история натолкнула авторов на идею, что Вудкок тайно вшивает в свои костюмы маленькие ленточки с надписями, но только не с гадостями, а с добрыми пожеланиями и оберегами.
Вудкок и стиль «сельский джентльмен»
Кадр из фильма «Призрачная нить»
«Основная забота г-на Дэй-Льюиса (на Savile Row всех клиентов называют «г-н») заключалась в том, чтобы костюмы были сделаны из аутентичной ткани 50-х гг», — говорит директор по продажам «Anderson & Sheppard» Мартин Кроуфорд.
Ткани, из которых шили костюмы Дэй-Льюису.
«Сегодня ткани намного легче, комфортнее, теперь у нас есть центральное отопление и так далее. Для синего шерстяного пальто мы использовали ткань на 34 унции, что почти вдвое толще того, что мы обычно используем, и оно одно из самых тяжелых пальто, с которыми я когда-либо сталкивался».
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Актер консультировал американского художника по костюмам, посвящая в тонкости британского стиля: «Дэниел рассказывал о своих знакомых, поэтому мы знали, что серые фланелевые брюки будут правильными, потому что его дедушка всегда носил серую фланель со своей сельской одеждой, — сказал Бриджес.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
«Он знал людей, которые носили свои пиджаки от «Anderson & Sheppard» так же, как и Рейнольдс надевает в своем загородном доме — «годы и годы, и годы». Поскольку шились такие костюмы из толстого твида, то и носились долго. А на локтях всегда можно было поставить заплатку, это никого в Британии не смущает. Да и пошив в «Anderson & Sheppard» весьма дорог, даже принц Чарльз там обновляет свой гардероб раз в 15 лет, жалуясь, что «там все очень дорого». Кстати, в его гардеробе есть пальто, перешедшее к нему от дяди, которое он носит несколько десятилетий.
Пальто дяди Чарльза)
Именно некоторая заношенность костюмов и верхней одежды джентльмена считается подлинно британской чертой. Закройщик ателье вспоминает, что его попросили, чтобы одежда Дэй-Льюиса была готова за несколько недель до съемок, чтобы актер мог ее немного поносить, дабы вещи не выглядели новыми. Что и сказать — правильный подход!
Галстуки актер и художник по костюмам покупали в Мэйфэйр в галантерее Drake’s и в Hilditch & Key. Обувь была изготовлена на заказ в George Cleverley, который открыл свой бутик Mayfair в 1958 году (кстати, именно эта марка обуви снималась в фильмах про Kingsman).
В обуви актер также прекрасно разбирается, ведь он год работал помощником сапожника во Флоренции (я писала об этом)
В Budd Shirt Makers Дэй-Льюис нашел пару лавандовых пижам, которые его персонаж носил в нескольких сценах.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Бриджес называл эти шоппинг-экскурсии «изюминкой процесса».
Комплектация гардероба персонажа
Гардероб, который Бриджес и Дэй-Льюис собрали для Рейнольдса, убрали в шкаф персонажа. Как только начались съемки, Бриджес предоставил Дэй-Льюису возможность самому отбирать свои костюмы для сцен.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
«Я был с ним, принимая окончательные решения, просто мне показалось, что он хочет сам собрать определенные комбинации, и то, что он чувствовал при этом, помогало ему», — объяснил Бриджес.
Так Дэй-Льюис собрал и свою худшую комбинацию — твидовый пиджак с пижамой цвета лаванды — для сцены, в которой его персонаж потрясен, обнаружив, что Альма нарушила его расписание, собираясь сделать ему сюрприз — домашний ужин.
Кадр из фильма «Призрачная нить»
Одетый некстати, Рейнольдс спускается вниз, выражая этим свое неудовольствие.
Дэй-Льюис тесно сотрудничал и художником-постановщиком, одобряя или отклоняя варианты мебели и аксессуаров, обдумывал цвет стен. Художник-декоратор Вероник Мелери вспоминает: «Я много времени обсуждала дизайн с Дэниелом, который принимал участие в каждом этапе создания фильма. У него были четкие представления о том, какие картины будут существовать в его мире, какие цветы будут его окружать, какую книгу он будет читать. Это заставляет декоратора уйти далеко в психику персонажа, и разговаривая с Дэниелом, вы говорите с его персонажем. Это увлекательная и сложная работа».
Как видите, актер полностью создавал мир своего героя и погружался в него. Надо сказать, не всякому актеру это позволят). Но к Дэй-Льюису (три «Оскара» и три номинации на «Оскар») особое отношение.
Помощники.
В общем, на этом можно было бы и закончить пост. Но очень хочется немного сказать о помощниках актера и художника по костюмам на съемочной площадке.
Одним из членов команды Бриджеса была французский закройщик Сесиль Ван Дейк, которая научилась своему ремеслу в Central Saint Martins (Лондонский Университет Искусств). Сесиль консультировала Дэй-Льюиса во время сцен, требующих знаний сложного кроя. И даже снялась в одной из сцен.
На фото справа с актером Сесиль
Подлинность происходящему в ателье Вудкока добавили Джоан Эмили Браун и Сью Кларк. Андерсон, Бриджес и Дэй-Льюис познакомились с ними в музее Виктории и Альберта, где изучали британскую моду. Андерсон обнаружил, что у обеих женщин был большой опыт в моде, Браун работала в двух крупных ателье на Savile Row в 1950-х годах, в том числе у Hardy Amies. Кларк преподавала историю моды. Он нанял обеих в качестве креативных консультантов и даже дал им роли швей Наны и Бидди.
На фото дамы в очках: Джоан Эмили Браун и Сью Кларк
Они помогли актерам и съемочной группе понять иерархию рабочих мест, сложную структуру взаимоотношений между закройщиками и швеями, рассказали о жестко соблюдаемом этикете, который был отличительной чертой лучших Домов мод. Дамы присутствовали на репетициях сцен, в которых Дэй-Льюис должен был работать в своем ателье, поправляли неточности и давали советы.
Все это, плюс, весьма немалый бюджет и серьезное участие исполнителя главной роли в создании правильной атмосферы кадра обеспечили документальную достоверность сцен. А «Оскар» ушел только к художнику по костюмам 😉
Напоминаю вам мои старые посты:
Флорентийский сапожник Дэниел Дэй-Льюис.https://la-gatta-ciara.livejournal.com/311412.html
Фрак 1930 — х годов, или Что мне не понравилось в «Артисте». https://la-gatta-ciara.livejournal.com/115305.html
Браво, «Артист»! https://la-gatta-ciara.livejournal.com/110134.html

«Призрачная нить»: последняя роль Дэниела Дэй-Льюиса Самый изысканный и загадочный фильм сезона

15 февраля выходит фильм Пола Томаса Андерсона «Призрачная нить», в котором свою последнюю роль сыграл Дэниел Дэй-Льюис. Летом 2017 года актер заявил, что уходит из кино; за эту роль его номинировали на «Оскар». Фильм рассказывает о британском кутюрье Рейнольдсе Вудкоке, который в 1950-е в Лондоне одевает членов королевской семьи, кинозвед и наследниц богатых семей. Вудкок занимается творчеством, и все в его жизни идет размеренно, пока он не встречает юную девушку Альму, которая становится его музой. По мнению кинокритика Антона Долина, это этапная работа для режиссера Пола Томаса Андерсона, создавшего самый загадочный фильм сезона.

Обычно, когда видишь выдающийся фильм, хочется кричать о нем на каждом углу, чтобы никто его не пропустил. «Призрачная нить» другая. Она из тех редких картин, которые хочется утащить домой и запереть в шкатулку. Оставить только для себя.

Безусловно, это кино не для всех. Не в том банальном смысле, что авторское кино (якобы) может смотреть только подготовленная публика со специальным вкусом. В этом фильме настолько самобытный темп, ритм, стиль и язык, что ты или совпадаешь с ним и ловишь кайф — или не понимаешь вообще ни черта. Настройки на волну «Призрачной нити» не гарантирует как тщательное изучение тематической подоплеки — ремесла британских кутюрье до наступления эры прет-а-порте, так и подробное ознакомление с поздними фильмами Пола Томаса Андерсона, одного из самых загадочных режиссеров современной Америки. Кажется, теперь можно без экивоков добавить: гения.

Андерсон начинал как верный последователь (они даже успели поработать вместе) Роберта Олтмана, что ощущалось в многофигурных структурах «Ночей в стиле буги» и «Магнолии». Но уже в эксцентрическом экспериментальном ромкоме «Любовь, сбивающая с ног» с королем дурного вкуса Адам Сэндлером в главной роли режиссер вышел за флажки и начал делать ни на что не похожее кино. Легкомысленно-параноидальной атмосфере того фильма наследовал «Врожденный порок», первая и единственная экранизация сложнейшей прозы Томаса Пинчона. Признанные шедеврами Андерсона «Нефть» и «Мастер» — монументальные, странные, временами доходящие до полной герметичности фрески на темы главного американского невроза: жажды власти.

По большому счету, той же теме посвящена «Призрачная нить», действие которой перенесено в Великобританию. Сыгранный уроженцем Лондона Дэниелом Дэй-Льюисом, невероятным актером и единственным в мире обладателем трех «Оскаров» за лучшую главную роль, Рейнольдс Джеремайя Вудкок (в переводе с английского это значит «вальдшнеп») — вероятно, лучший кутюрье Соединенного Королевства. Он одевает особ королевских фамилий, богачек и кинозвезд, но за почестями или деньгами не гонится. Его единственный фетиш — собственная профессия, которой он посвящает все свое время и силы.

Вудкок — настоящий художник, одержимый и неврастеничный, перфекционист от природы. Каждое его платье обязано быть произведением искусства, и это важнее, чем то, понравится оно именитой заказчице или нет. Всю жизнь переживая смерть любимой матери, для которой он когда-то сшил свое первое платье, убежденный холостяк Вудкок запер себя в доме, наполненном женщинами. Его окружает молчаливая армия исполнительных швей, а по правую руку всегда управляющая хозяйством сестра с мужским именем Сирил (знаменитая британка, любимая актриса Майка Ли Лесли Мэнвилл). Иногда к ним присоединяется очередная пассия хозяина, но надолго не задерживается. Зацикленного на своей работе Вудкока быстро утомляют женские капризы, и Сирил отправляет девиц восвояси, презентовав им в утешение одно из драгоценных платьев.

Так происходит до тех пор, пока Вудкок, выехав за город развеяться после сложного заказа, не встречает Альму (люксембурженка Вики Крипс). Молоденькая официантка в захолустном ресторанчике моментально очаровывает Вудкока. Он приглашает ее на ужин, потом к себе в дом, там раздевает — разумеется, не для эротических утех: ему необходимо снять с нее мерку и сшить для нее платье. В далекой от совершенства Альме неожиданно для себя он находит музу, идеал, источник постоянного вдохновения. Отныне его жизнь меняется.

В завязке фильма характеры лишь намечены. Их иногда совершенно непредсказуемое развитие — основное содержание картины. Имеющий репутацию гения Дэй-Льюис, ставший фактическим соавтором сценария (по признанию режиссера); новенькая и очаровывающая зрителя не меньше, чем героя, Крипс; чуть пародийно олицетворяющая идеальную английскую сдержанность Мэнвилл — они стоят друг друга. В изменчивом сюжете этот треугольник обретает объем, превращается в призму, преломляющую индивидуальный свет каждого из актеров.

Когда Альма переезжает в особняк Вудкока, начинается завораживающий балет — па-де-де двух честолюбий и двух разновидностей любви. «Призрачную нить» можно квалифицировать как love story — заветную фразу «Я тебя люблю» на определенном этапе произносят и он, и она. Но это необычная история любви. Представления о близости у Вудкока и Альмы слишком разные, чтобы гармонично ужиться в одном союзе. Он привык владеть женщиной как объектом: одновременно поклоняться и управлять, возвеличивать и в нужный момент откладывать в сторону. В ней жажда доминирования ничуть не меньше: ей необходимо трансформировать возлюбленного, отобрать его у всего мира и присвоить себе. Если он с детства привык есть спаржу с растительным маслом, то она заставит его признать: на сливочном вкуснее. Чего бы это ни стоило.

Коллизия со спаржей могла бы показаться комичной, если бы тема еды не была настолько важна для сюжетного и образного строя картины. Роман начинается с плотного завтрака и завершается очень специфическим ужином. Тест Вудкока для женщин (его не способна пройти ни одна) — проверка, могут ли они есть свои тосты рядом с ним тихо, пока он набрасывает в блокноте новую модель платья. Но как же, спрашивается, намазать на тост масло без хруста, как налить чай беззвучно? Задачка — почти из сказок братьев Гримм, с введенным табу и его немедленным нарушением. Альма — из тех, кто будет сражаться за свое право хрустеть.

Материальный мир картины восхитительно подробен. Кажется, Андерсон отправился через океан в Великобританию только за этим: «Призрачная нить» — его «Барри Линдон», и сам он в этом фильме окончательно превращается в современного Кубрика. Английские пейзажи и натюрморты, обои в цветочек, посуда и мебель, — хоть сейчас в музей Виктории и Альберта. Но превыше всего — кройка и шитье. Их, кстати, в этом самом музее и изучали.

Universal Pictures Russia

Началось с неожиданного увлечения Андерсона жизнью и творчеством испанского модельера Кристобаля Баленсиаги, а затем всей эпохой высокой моды 1950-1970-х годов. Режиссер перелопатил кипы книг по теме, изучил музеи и ателье по всему миру, а потом идеей загорелся его товарищ Дэниел Дэй-Льюис — говорят, прирожденный модник. Известный не менее болезненным, чем его герой, перфекционизмом, артист два года учился шить платья в Центре Костюма музея Метрополитен, а также у Марка Хаппеля, художника по костюмам Нью-Йорк Сити балета. Это вряд ли удивит тех, кто помнит, как Дэй-Льюис вырубил из дерева каноэ на съемках «Последнего из могикан» и выучился сапожному делу в Тоскане (откуда его едва ли не обманом Мартин Скорсезе вытащил на съемки «Банд Нью-Йорка»). Создатель костюмов в фильме — почти все они оригинальные, хоть и стилизованные под 1950-е, — давний соратник Андерсона Марк Бриджес. В качестве консультантов он нанял двух пожилых дам, ныне работающих волонтерками в музее Виктории и Альберта: Джоан Эмили Браун полвека назад трудилась в самых знаменитых ателье Сэвил-Роу, а Сью Кларк всю жизнь преподавала историю моды. Они в результате сыграли в «Призрачной нити» роли помощниц Вудкока — портних Бидди и Наны.

Благодаря дотошности авторов, «Призрачная нить» кажется документально достоверной, хотя мечтательно-неторопливое развитие событий, подернутая романтической дымкой картинка (Андерсон скрывает имя оператора, но уточняет, что снимал фильм не сам) и, конечно, виртуозно-сложная игра артистов перевоплощают производственный роман в готический романс. Ремесло — и портновское, и кинематографическое — на глазах становится творчеством. Эта картина — о творце и его модели; вариация мифа о Пигмалионе и Галатее. Ее неброская, по-английски тонкая ирония, ненавязчивое цитирование литературных образцов (над фильмом витает флер «Джейн Эйр» и «Ребекки», вспоминается Генри Джеймс), элегическая меланхолия и затаенная тревога закадровой музыки сплетаются в единую рукотворную ткань неслыханной выделки, которую не хочется выпускать из рук.

О музыке стоит написать отдельную статью (уметь бы!). Британец Джонни Гринвуд, в последние лет десять известный не только как бессменный гитарист Radiohead, но и как интересный композитор, сотрудничает с Андерсоном с момента выпуска «Нефти»: гипнотизирующий эффект той картины был связан и с саундтреком, а не только с визуальным рядом и актерской игрой. После этого они работали вместе в «Мастере» и «Врожденном пороке», а позже Андерсон ездил с Гринвудом в Раджастан для съемок документальной картины «Джунун». «Призрачная нить» — вероятно, самый зрелый и глубокий саундтрек Гринвуда, с остроумными отсылками к классике романтизма и деликатными оркестровками небанальных мелодий. Может быть, потому, что история в фильме рассказана все-таки английская.

Вудкок с юности повадился зашивать в подкладку своих платьев маленькие тайные послания. Просмотр «Призрачной нити», в которой даже финал вызывает массу вопросов и противоречащих друг другу трактовок, сродни квесту — поиску зашитого в ткань фильма послания. Это может раздражать, а может интриговать. Особенно на фоне остальных фильмов «оскаровской» обоймы (у «Призрачной нити», к слову, шесть номинаций), медленно, отчетливо и по слогам проговаривающих прямо в уши зрителю то, о чем и зачем они снимались.

Антон Долин

  • Напишите нам

Рейнольдс Вудкок (Дэниэл Дэй-Льюис) эксцентричный кутюрье. Он широко известен в послевоенной Англии. Самые богатые и влиятельные модницы выстраиваются в очередь, чтобы маэстро создал для них изысканные платья, в которых они смогли бы блеснуть на светском рауте. Вудкок живет под одной крышей с сестрой Сирил (Лесли Мэнвилл). Она управляет их Домом мод и тщательно следит за тем, чтобы каждое повеление брата выполнялось неукоснительно. Любая мелочь может потревожить его и испортить настроение на целый день, а вместе тем лишить сил творить. Сирил с легкостью избавляется от любовницы брата, наскучившей ему красотки, и спокойно относится к появлению в его жизни очередной пассии ‒ Альмы (Вики Крипс). Строгая сестра, привыкшая к тому, что занимает место номер один в доме Рейнольдса, увидела в его новом увлечении всего лишь еще одну игрушку. Но Альма не стала довольствоваться ролью бесправной куклы и начала борьбу за место под солнцем.

Кадр из фильма «Призрачная нить»

Рейнольдс Вудкок полностью погружен в свою профессию, и все, что не связано с миром моды, вызывает у него не самую приятную реакцию. «Призрачная нить» всматривается в его повадки, и перед зрителем предстают сцены из жизни очередного гения. Ввиду признанного величия Вудкока ему «позволено» диктовать свои порядки и пренебрежительно относиться к окружающим. Идея эта, конечно, сомнительна, но ее вариации часто о себе напоминают в спорах и кинолентах о гениях, вошедших в мировую историю. Видимо, обойти ее в фильме про пусть и выдуманного модельера не представилось возможным.

Кадр из фильма «Призрачная нить»

С поразительной холодностью Вудкока к надоевшим музам поначалу никто не собирается бороться. Наоборот, ее усиленно культивирует сестра кутюрье, словно паучиха, невидимыми нитями привязывая к себе брата. Таким образом, в фильме Пола Томаса Андерсона гений попадает в сети зависимости от чужой воли. И лента, в которой ткани и кружева играют не маловажную роль, игриво намекает на то, что в ее гардеробе, кроме дорогущих костюмов, есть еще пара-тройка скелетов. «Призрачная нить» поразит, и не единожды, нетривиальным поворотом сюжета и изменениями в интонациях. Картина играет с насыщенностью тонов и текстурами и с легкостью сбрасывает приевшуюся оболочку, чтобы насладиться чувственностью затеянной на экране игры двух любовников и женщины, отчаянно пытающейся отстоять свою власть над мужчиной.

Кадр из фильма «Призрачная нить»

При этом «Призрачная нить» едва ли не изводит пафосом затянувшегося начала. Фильм с издевкой смакует жизнь по расписанию и возгласы публики, зачарованной талантом Рейнольдса. Картина поначалу работает на усиление ощущения безжизненности, фальши и духоты. Рейнольдс и Сирил слишком долго жили в мире, где себя надо прятать от чужих глаз и стараться четко соответствовать выбранным ролям. В фильме эта реальность выхолащивается, теряет лоск и становится похожа на плохо разыгранную пьеску под раздражающие своей навязчивостью мелодии. В начале киноленты Пол Томас Андерсон делает все, чтобы зритель с нетерпением ждал глотка свежего воздуха, энергии жизни и искренности. Так режиссер дотошно создает фон для последующих событий. «Призрачная нить» с появлением Альмы в кадре не скатывается до слащавых стандартных историй любви. В фильме нет сахара и дешевых истерик капризных влюбленных, хотя Пол Томас Андерсон посмеивается над узнаваемыми клише и указывает в сторону бездны, где роятся романтические комедии. Вместе с тем «Призрачная нить» не лишена и мистической составляющей – элегантной и ненавязчивой, аккуратно вшитой в ткань киноленты.

Кадр из фильма «Призрачная нить»

Фильм играет со своим зрителем, как главные герои картины играют друг с другом, и незаметно обвивает следящего за Рейнольдсом и его женщинами крепкой нитью, освободиться от которой, не так-то просто. «Призрачная нить» прячет в метрах изысканных тканей мотивы, навеянные психоанализом, мистику, претендующую стать обыденностью, и власть, сокрытую в потакании чужим слабостям и капризам.

Елена Громова

В российском прокате с 15 февраля 2018 года

Расписание и покупка билетов на фильм «Призрачная нить»

Рейнольдс вудкок

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *